thumb
фото:school2013-winter.academpark.com

Алексей Карапузиков организовал сборочное производство в Германии. Новосибирская компания «Специальные технологии» открыла отверточное производство своей продукции в Германии, чтобы «обмануть» европейских потребителей. Одно и то же оборудование с этикеткой made in Germany продать быстрее и выгоднее, чем «сделанное в России».

Семь лет назад Алексей Карапузиков организовал наукоемкий бизнес по выпуску уникальных приборов — течеискателей элегаза SF6 LaserGasTest. Несмотря на сложное название, предприятие выпускает продукцию, аналогов которой нет ни на российском, ни на мировом рынке. На основном производстве в Новосибирске выпускают «интеллектуальную часть» — лазеры, детекторы, блоки управления и программное обеспечение, а доукомплектация и окончательная сборка продукции производится в Германии. Поставляют ее во многие страны мира.

Старт бизнеса

История компании «Специальные технологии» начинается в 2004 году с выращивания кристаллов, их обработки и создания оптических покрытий. «Нам повезло с клиентом, благодаря заказам которого мы купили здание и оборудование», — уточняет глава фирмы Алексей Карпузиков. Оптику продавали заказчику, который делал лазеры для производства мобильных устройств Samsung. В производстве мобильного телефона используется как минимум 14 лазерных установок.

Сегодня кристаллическое направление в компании просто поддерживается на должном уровне, чтобы сохранить уникальные наработки. Но сейчас выгоднее заниматься другим. «Кристаллическую тему очень сильно лоббируют китайцы. Конкуренция в этом сегменте очень высокая. Это доходный бизнес, конкурировать с ними довольно тяжело. Единица оборудования стоит сотни тысяч долларов. Чтобы организовать производство, нужно вкладывать миллионы долларов. У нас таких возможностей нет, поэтому мы ушли в приборное производство», — рассказывает Алексей Карапузиков. Базовой идеей были выбраны газоанализаторы: «В Институте лазерной физики все было грустно, немного денег давали на зарплату, на разработки денег не давали, а наработки у сотрудников были интересные. У меня был бизнес по кристаллам, который возник по тем же примерно причинам: в СО РАН стало «тесно» — людей сокращали, денег не платили. Надо было развиваться по законам бизнеса, а не по законам, которые действуют в Сибирском отделении РАН. Поэтому я принял ученых института на работу по совместительству, сегодня часть из них перешла в компанию совсем».

Приборы, которые сейчас производят «Специальные технологии», сложные и дорогие. Они предназначены для производителей высоковольтной электрической аппаратуры. Прибор позволяет уловить утечки газа, используемого в качестве изолятора в высоковольтной аппаратуре, и предотвратить аварию, в результате которой может произойти обесточивание целого района или региона. Подобные высоковольтные устройства могут иметь номинальное напряжение от 35 до 1 000 кВ. Среди конкурентных преимуществ новосибирского прибора — высокая чувствительность (до одной миллиардной части газа в воздухе) и портативность. «Специальные технологии» проводили испытания на заводе компании АBB Group в Екатеринбурге. Было показано, что прибор помогает в 30 раз сократить время тестирования изделия. Обычно это занимает 600 часов. «Есть более чувствительная техника, но она большая. Среди маленьких носимых устройств наше — самое чувствительное. При этом по чувствительности оно работает на уровне стационарных. На Тайване проводили испытание элегазового оборудования, которое уже прошло контроль качества, и наш прибор обнаружил несколько утечек. При этом газоанализатор не требует никаких расходных материалов, кроме фильтра, который выглядит как кусочек ткани, для того чтобы пыль не попадала внутрь прибора. А у конкурентов, к примеру, сменные датчики, которые только по 300 часов работают», — рассказывает Алексей Карапузиков.

Среди конкурентов — американцы, немцы и англичане. По словам Алексея, на международных выставках «они кусают локти» и не знают, что делать с сибиряками. Течеискатель от компании «Специальные технологии» весит шесть килограммов, у немцев — 13 кг. В другом, английском, приборе вообще используется радиоактивный источник. При этом каждые два часа нужно производить калибровку. У москвичей к прибору прилагается вакуумный насос, который портативным никак не назовешь.

Схема производства

На вопрос, почему конечный цикл производства находится в Германии, Алексей объясняет логику процесса: «В Германии с 2012 года организована отверточная сборка. Большая часть комплектующих (корпусные изделия, разъемы, электронные компоненты и другие материалы) — импортные, возить их туда-сюда особого смысла нет. Поэтому и организовали с немецкими партнерами сборочное производство. Отсюда идет «интеллектуальная продукция». Мы делаем определенный настроенный блок, который отправляется в Германию, там он доукомплектовывается некими стандартными изделиями, и все — прибор готов. Еще одна причина, из-за которой конечный цикл производства вынесен в Германию, это сертификация. Сертифицировать в РФ сложнее и дороже, легче сделать европейскую сертификацию — CE marking, которая может быть подтверждена в России».

К тому же, добавляет Карапузиков, это банальный маркетинговый ход — мир с удовольствием покупает технику немецкого и японского производства, но не российского. «Важно, чтобы продукция была выпущена в Германии. Прибор made in Germany и прибор made in Russia — это два разных прибора. И не потому, что они принципиально разные в работе, а потому что made in Germany может стоить 15 тысяч евро, а made in Russia — нет», — рассказывает Алексей Карапузиков.

Перспективы

Сегодня компания занимается разработкой лазерного медицинского газоанализатора LaserBreeze, работа которого базируется на том же физическом принципе, что и в течеискателе элегаза. Газоанализатор предназначен для измерения концентрации различных веществ — биомаркеров в выдыхаемом воздухе. В данный момент оборудование проходит процесс сертификации, после чего производить его будут в Новосибирске. «Для России — здесь, — уточняет Алексей. — А для Европы придется производить там. Российскую медтехнику в Европе покупать не будут. В Китай, Индию, Таиланд поставлять еще получится, а вот в ЕС — нет».

Выпускать продукцию собираются на той же площадке, где производят элегазовые течеискатели — недалеко от новосибирского Академгородка. «Когда называешь стоимость в 100 тысяч евро, клиенты из Германии в обморок не падают. Они считают, что такой прибор должен столько стоить. С другой стороны, аппараты для ультразвуковой диагностики могут стоить и в три раза дороже — 12 миллионов», — отмечает Алексей Карапузиков. По оценкам Алексея, лет через пять компания будет продавать 100 приборов в год. Закупать будут международные клиники, исследовательские центры Европы, Америки, где это направление очень популярно.