thumb

В Томской области планируют создать территорию опережающего развития на базе моногорода Северска

Мало кому известный федеральный закон «О территориях опережающего социально-экономического развития в Российской Федерации», принятый в конце 2014 года, установил сроки создания этой таинственной территории в закрытом городе Северск (ЗАТО Северск Томской области) с 1 января 2018 года. Однако в срочном порядке Минэкономразвития России подготовил законопроект о переносе срока создания территории опережающего развития (ТОР) в ЗАТО с 2018 на 2016 год. Госкорпорация «Рос­атом» совместно с регионами начала спешную работу по отбору проектов в ЗАТО и разработке концепций создания ТОР в десяти закрытых административно-территориальных образованиях. Впервые в России ТОР должен появиться в Северске. Однако, надо заметить, что в случае с моногородами и ЗАТО ситуация осложняется исторически сложившейся зависимостью от одного предприятия и целым набором уникальных условий, зачастую абсолютно непривлекательных для инвесторов в силу многих ограничений.

ТОРы, КИПы и другие

Сама по себе идея немного расшевелить моногорода системы «Росатома» не нова. Попытки, хотя и слабые, предпринимались периодически на разных уровнях, но ни к чему не приводили. В том же Северске, например, уже несколько лет реализуется КИП — комплексный инвестиционный план модернизации моногорода ЗАТО Северск Томской области. Правда, кто об этом знает, кроме разработчиков КИПа? С ТОРом ситуация иная — концепция территории опережающего развития была широко разрекламирована как новый прорывной проект Томской области.

ТОР — действительно новый инструмент социально-экономического развития территорий, на которых по решению Правительства РФ устанавливается особый правовой режим предпринимательской деятельности. Цели, как обычно, самые благие — формирование благоприятных условий для привлечения инвестиций, обеспечение ускоренного социально-экономического развития и создание комфортных условий для жизни.

Идеологи ТОРа утверждают, что особое внимание при создании таких территорий будет уделяться средним и малым компаниям, импортозамещающим и инновационным проектам, предприятиям обрабатывающей промышленности.

Предприниматели, которые откроют производство на площадке ТОР и станут ее резидентами, получат льготы по налогу на прибыль (федеральная часть — 0%, пониженная региональная часть) и освобождение по налогу на имущество. Кроме того, для них предусмотрено снижение тарифа по страховым взносам более чем в четыре раза — до уровня 7,6% (в Пенсионный фонд — 6%, Фонд социального страхования — 1,5%, Федеральный фонд ОМС — 0,1%). Вот, собственно, и все.

Сложно сказать, насколько такие льготы заинтересуют реальных инвесторов, но ясно одно — в выгоде все равно останутся градообразующие предприятия и «Росатом». Реальный хозяин Северска — Сибирский химический комбинат (СХК), который с недавних пор имеет некоторое количество дочерних зависимых предприятий, конечно, не обидит «дочек». Скорее всего, режим ТОР будет работать именно на них.

Скорость, с которой «Росатом» пролоббировал смещение сроков создания ТОР с 2018 на 2016 год говорит о том, что корпорация пытается успеть в уходящий поезд импортозамещения и спасти то, что еще осталось от наших технологий. По этой же причине госкорпорация создает управляющую компанию с филиалами в городах присутствия для формирования ТОРов, устанавливает собственный фильтр для отбора резидентов, по которому обладателями указанных льгот, как предполагают сторонние наблюдатели, станут прежде всего поставщики и «дочки» предприятий атомного гиганта.

«Большинство наших поставщиков — малый и средний бизнес. Почему бы их не затащить в ЗАТО? Когда у них есть преференции, им интереснее выпускать продукцию внутри наших ЗАТО, чем иметь транспортное плечо и не иметь налоговых льгот»,— считает начальник управления по работе с регионами ГК «Росатом» Александр Харичев.

Но даже при этом раскладе торопиться, конечно, имеет смысл. И тащить в ТОР всех, кто способен работать в сфере высоких технологий. Поэтому в декабре прошлого года в ситуационном центре госкорпорации «Росатом» состоялось заседание рабочей группы по формированию в ЗАТО Северск территории опережающего социально-экономического развития, а уже 14 января томский губернатор Сергей Жвачкин представил проект создания Северской ТОР на Гайдаровском форуме в Москве в рамках экспертной дискуссии «Инвестиции в новые промышленные точки роста: будущее ТОР в моногородах и ЗАТО».

ТОРосы экономики

Область оценивает потребность бюджетных инвестиций в ТОР примерно в 270 млн руб­лей на 2017 и 2018 годы. 160 млн власть готова выделить из областного бюджета уже в нынешнем году. Еще 180 млн руб­лей, по заверению губернатора Жвачкина, составят частные инвестиции. Кроме того, ожидается, что частный бизнес вложит в 18 северских проектов 31 млрд руб­лей. Это весьма серьезная сумма, и на данный момент неизвестно, откуда она появится. Хотя, если несколько проектов будут по объему инвестиций близки к проекту АО «Наука и инновации» (координирует активы, входящие в блок по управлению инновациями «Росатома»), которое планирует вложить в конверсию обедненного гексафторида урана и производство ионообменных смол 2,9 млрд руб­лей, то ТОР может взять очень хороший старт.

Пока решаются вопросы с использованием земли, находящейся в федеральной собственности, расширения границ ТОР за пределы ЗАТО, наделение корпорации «Росатом» полномочиями по сопровождению проектов. Собственно 18 проектов разместятся на девяти площадках ТОР общей площадью 110 гектаров, где 87 гектаров находятся в границах охраняемого периметра ЗАТО. Из заявленных проектов пять относятся к компетенции «Росатома», остальные — к области медицины, химии, приборостроения и информационных технологий.

«Мы намерены развивать в Северской территории опережающего развития химические технологии, а также реализовывать проекты томской агломерации в области фармацевтики, приборостроения, производства строительных материалов и IT-сферы», — констатировал заместитель губернатора Томской области по экономическим вопросам Андрей Антонов.

Основными проектами на базе ТОР станут создание производства по переработке обедненного гексафторида урана с получением моносилана для нужд промышленности по производству солнечных батарей, созданию ионообменных смол для водоподготовки благородных металлов и урана, организация производства пигментного диоксида титана, а также по водоподготовке атомных и тепловых электростанций и ряд других проектов.

Входящий в «ТВЭЛ» Сибирский химический комбинат видит в реализации проекта ТОР свою прямую выгоду. В течение трех лет проекты СХК позволят комбинату получить выручку в 5 млрд руб­лей и создать более 500 новых рабочих мест, а всего их планируется создать около 2 500.

Основной проблемой территории опережающего развития, как и прежде, может стать статус ЗАТО закрытого города Северска. Не все потенциальные участники ТОР, очевидно, согласятся переезжать за колючую проволоку. Однако закрытый статус города, по мнению местных властей, будет серьезным подспорьем для ряда производств, которые требуют особых условий в части безопасности. То есть теоретически вместо поиска таблеток от головной боли власть хочет разместить за забором высокотехнологичные производства, опираясь на уникальность статуса Северска.

Например, этот статус требуется для проекта по созданию производства субстанций гепарина и готовых лекарственных форм, которое планируется разместить в северской ТОР. Условия для размещения производства создаются благодаря защитному периметру ЗАТО. Но это скорее частность, чем общая картина.

ТОРнадо или пыль?

Предсказать реальную судьбу ТОР в Северске сегодня не возьмется никто. Есть факторы, внушающие некоторый оптимизм, относительного будущего территории, а есть и скептические соображения, рисующие картину неизбежного краха проекта.

Пока одни рассматривают территорию опережающего развития в крупнейшем в России ЗАТО как важную часть проекта «ИНО Томск», другие думают о том, что судьба неядерных производств в Северске, как правило, ничем не примечательна. Их попросту нет. Замещение стратегического импорта в нацио­нальном масштабе, конечно, соответствует стратегическим приоритетам «Росатома», но захотят ли томские компании нести свои научные, промышленные и инжиниринговые компетенции в ТОР? Даже если их в очередной раз начнут заманивать льготами.

Да, в Томской области есть все необходимое для реализации проектов ТОР. Но помимо наличия свободных земельных участков и мощностей нужно что-то еще, чтобы бизнес понял, зачем лезть за колючую проволоку. Пока в проекте трудно обозначить радужные перспективы даже для отдельно взятого Северска. Хотя руководство города возлагает на него большие надежды. Например, мэр Северска Григорий Шамин выразил уверенность, что доходы и расходы бюджета 2016 года у закрытого города прирастут при исполнении и будут «сопоставимы с итоговыми показателями 2015 года, оцениваемыми на уровне четырех миллиардов руб­лей». Поводом для такого оптимистического прогноза, по словам Шамина, во многом служит создание в Северске в 2016 году территории опережающего развития. Так что шкуру уже начинают понемногу делить. Хотя здесь впору было бы подумать о том, а не является ли ТОР неким замещением статусу ЗАТО, который собираются отменить? В том смысле, что ЗАТО дается удочка. Попрощайтесь с федеральными дотациями и ловите рыбу сами. Если, конечно, сможете. Власть сильно радуется и говорит, что сможет.

«Мы планируем создать в Северске ТОР не потому, что это новая тенденция. Для нас это, в первую очередь, инструмент создания новых рабочих мест, стимулирования инвестиционной активности бизнеса и увеличения доходных статей бюджета, — говорит вице-губернатор Андрей Антонов. — Мы готовим инвестиционные предложения для государственных компаний и крупного бизнеса по проектам, которые обеспечат замещение стратегического импорта и расширят наше присутствие на международных рынках».

В целом участники процесса — инвесторы, регио­нальные и федеральные власти — соглашаются с тем, что не стоит быть заложниками ожидания быстрых результатов. Такого рода деятельность требует времени. На экономическую эффективность территории опережающего развития выходят не раньше, чем через 10 лет после начала функционирования. Но и это не беда. Вопрос скорее в том, чтобы северская территория на самом деле опережала развитие, а не догоняла его.

Источник: Эксперт Сибирь